Когда одного из основоположников современной теории эволюционной биологии Дж. Б. С. Холдейна спросили, что потребуется для того, чтобы он потерял веру в теорию эволюции, он ответил: «Ископаемые кролики в докембрии».

Так называемый «кембрийский взрыв», произошедший 500 миллионов лет назад, стал самым ранним периодом, из которого были получены окаменелости сложных животных. Обнаружение окаменелостей млекопитающих до этого периода, например, в докембрии (540 млн лет назад), опровергло бы теорию.

Но так ли это на самом деле?

История Холдейна, хотя и недостоверная, является одной из многих в научном фольклоре, которые предполагают, что фальсифицируемость является определяющей характеристикой науки. Как выразился астрофизик Марио Ливио в своей книге «Brilliant Blunders»: «Еще философ Карл Поппер в своей основополагающей работе отмечал, что для того, чтобы научная теория была достойна своего имени, она должна быть опровергнута экспериментами или наблюдениями». Данное требование стало основной научного подхода.

Но область, известная как научные исследования (включающая историю, философию и социологию науки), показала, что фальсифицируемость не может работать в принципе. Экспериментальный результат – это не просто факт, полученный при наблюдении за природой. Идентификация и датировка кости Холдейна предполагает использование многих других теорий из различных областей, включая физику, химию и геологию. Точно так же теоретическое предсказание никогда не является продуктом одной теории, но также требует использования многих других. Когда «теоретическое» предсказание не согласуется с «экспериментальными» данными, это говорит о расхождении между двумя наборами теорий, поэтому мы не можем сказать, что какая-то конкретная опровержима.

К счастью, фальсифицируемость не является необходимой для реальной практической науки. Физик Поль Дирак был прав, когда сказал: «Философия никогда не приведет к важным открытиям. Это просто способ говорить об открытиях, которые уже были сделаны». Фактическая научная история показывает, что ученые постоянно нарушают все правила, в том числе и правило фальсифицируемости. Как заметил философ Томас Кун, законы Ньютона сохранялись, несмотря на то, что им десятки лет противоречили данные перигелия Меркурия и Луны. Сила науки заключается в сосредоточенности на поиске того, что работает, а не на философии. Альберт Эйнштейн говорил, что ученые не руководствуются и не должны руководствоваться какой-либо единственной точкой зрения, но должны быть готовы следовать за экспериментом и принимать все рабочие теории.

К сожалению, некоторые ученые пренебрежительно относятся ко всей области научных исследований, утверждая, что это подрывает доверие общества к науке, отрицая объективную истинность научных теорий. Это ошибка, поскольку научные исследования играют жизненно важную роль в двух областях. Во-первых, это дает ученым более глубокое понимание своей дисциплины. Как говорил Эйнштейн: «Сегодня так много людей, и даже профессиональных ученых, кажутся мне кем-то, кто видел тысячи деревьев, но никогда не видел леса. Знание исторической и философской основы дает такую ​​независимость от предрассудков своего поколения, от которых большинство ученых страдают. Эта независимость, созданная философским пониманием, на мой взгляд, знак различия между простым ремесленником или специалистом и настоящим искателем истины». Фактический он говорил о том, как развитие науки укрепляет веру в нее.

Во-вторых, это знание дает людям возможность лучше спорить с антинаучными силами, которые снова и снова используют одну и ту же стратегию, будь то в спорах о вреде курения, изменениях климата, вакцинации или эволюции. Их цель – использовать остатки сомнений и противоречивых результатов, которые всегда существуют в науке, для того, чтобы бросить вызов единому мнению экспертов. Они финансируют свои исследования и сообщают о своих результатах, которые противоречат научному консенсусу в той или иной узкой области, а затем утверждают, что они опровергли его. В своей книге Merchants of Doubt историки Наоми Орескес и Эрик М. Конвей говорят, что для этих групп «главная цель – бороться с наукой, или, по крайней мере, с пробелами и неопределенностями в ней, а также с научными исследованиями, которые можно было бы использовать для отвлечения внимания от главного события».

Научные исследования – поле для поиска аргументов?

Научные исследования предоставляют сторонникам науки более веские аргументы для борьбы с этими критиками, показывая, что сила научных выводов возникает из-за того, что заслуживающие доверия эксперты используют исчерпывающие совокупности доказательств для достижения суждений о том, следует ли сохранять теорию или отвергать ее в пользу новой. Эти суждения – то, что позволило достичь поразительного успеха, приведшего к революции в жизни большинства. Для вынесения таких суждений имеет значение преобладание доказательств, а не один или даже несколько результатов.

Именно поэтому, когда противники прививок, эволюции или климатического кризиса указывают на тот или иной результат, чтобы доказать, что они опровергли научный консенсус, они делают бессмысленное заявление. Что им нужно сделать, так это предоставить больше доказательств в поддержку своей версии, а они этого не делают.

Фальсифицируемость привлекательна, потому что она рассказывает простую и оптимистичную историю научного прогресса, что, в конечном итоге, после устранения ложных теорий, может привести к истине. Как говаривал Шерлок Холмс: «Отбросьте все невозможное, то, что останется, и будет ответом, каким бы невероятным он ни казался». Такие простые, но некорректные рассказы изобилуют в научном фольклоре. Ричард Фейнман в своей книге «КЭД – странная теория света и вещества» сразу после объяснения того, как возникла теория квантовой электродинамики, отмечает: «Кстати, все, что я вам сейчас рассказал, представляет собой пример того, что я называю «история физики глазами физика», – а она всегда неправильна. Я передаю вам весьма условный миф, который физики рассказывают своим студентам, а эти студенты – своим студентам, и все это совсем не обязательно имеет отношение к реальному историческому развитию, которого я в действительности не знаю!».

Но если вы распространите «миф-историю» достаточно много раз и передадите ее из поколения в поколение, она может превратиться в факт, и фальсифицируемость – один из таких мифов.

Вам может понравиться

Словарный запас влияет на эмоции

Набор слов, с помощью которых человек описывает свои эмоции, может рассказать о… Яндекс НовостиПульс Мэйл Мы в Telegram
Погода в России: