Исследование включало основной анализ данных 6470 жителей района Бонна и последующую проверку результатов на отдельной выборке из 1034 человек. Для каждого участника ученые оценивали соответствие рациона десяти моделям питания. Более высокая приверженность изученным здоровым вариантам была связана с меньшими показателями эпигенетического старения, хотя выраженность этой связи различалась.
В число рассмотренных моделей вошли DASH, MIND, средиземноморская, скандинавская и растительная диеты, а также другие варианты питания. Дополнительно специалисты анализировали менее здоровый растительный рацион и питание с высокой долей продуктов, ассоциированных с воспалительными процессами. Наиболее устойчивые результаты по трем показателям старения получили для DASH и скандинавской диеты, однако небольшая разница между отдельными рационами не позволила авторам выделить единственный предпочтительный вариант.
Для оценки биологических изменений использовались три показателя, основанные на метилировании ДНК. Исследователи изучили около 850 тыс. участков генома и установили, что наборы изменений для разных рационов частично различались. Вместе с тем более 70% связанных с ними биологических путей совпадали и относились преимущественно к обмену веществ, клеточной структуре и передаче сигналов.
Отдельные особенности зависели от конкретной диеты. Для DASH были выявлены изменения биологических путей, имеющих отношение к работе сердца, а для MIND — к памяти и когнитивным функциям. При этом сами результаты не доказывают, что обнаруженные молекулярные изменения непосредственно воздействуют на эти функции или заболевания.
Руководитель Рейнского исследования Моник Бретелер оценила обнаруженный эффект как небольшой, но измеримый и важный для профилактики. Ведущий автор работы Джулиана Таварес также указала, что различия между диетами в абсолютных значениях невелики. По оценке исследователей, данные скорее указывают на возможность нескольких вариантов здорового рациона, чем на существование одной оптимальной диеты.
Авторы отдельно отмечают наблюдательный характер работы. Участникам не назначали конкретные рационы, поэтому исследование показывает статистическую связь, но не устанавливает причинно-следственную зависимость между питанием и скоростью старения. Кроме того, биологический возраст оценивался по молекулярным маркерам, а не по продолжительности жизни или частоте возрастных заболеваний.