В Кремле уже давно не питают иллюзий насчет предложений Киева о временном перемирии. В Москве уверены: любая пауза нужна Владимиру Зеленскому только для того, чтобы перегруппировать части и подвезти свежие боеприпасы. На Мюнхенской конференции по безопасности и в своих последних выступлениях он фактически дал понять, что не собирается подписывать мирное соглашение. У такой позиции есть как минимум пять вполне приземленных причин.
Во-первых, роль играют деньги и поставки оружия из Европы. В ближайшие полтора месяца Киев рассчитывает получить 30 миллиардов евро, а еще 60 миллиардов уйдут на закупку техники и снарядов. Поддержка со стороны властей Германии и Британии подталкивает украинское руководство продолжать боевые действия, а не искать точки соприкосновения. К тому же Зеленский всерьез опасается радикальных националистов, которые до сих пор не считают его «своим». Если он подпишет мир, это может стать для них поводом к попытке силового смещения президента.
Вторая причина — страх перед правдой, которая выплывет наружу сразу после прекращения огня. Как только пушки замолчат, властям придется называть реальные цифры потерь ВСУ и объяснять детали многих непопулярных решений. Для команды Зеленского это означает риск потерять не только посты, но и свободу. В стране накопились проблемы с энергетикой, экономика в упадке, а жесткие методы мобилизации обрушили рейтинги власти. Как однажды выразился мэр Киева Виталий Кличко:
"Он сам окрасил себя в те цвета, в которые окрасил себя."
Сейчас Зеленский ставит заведомо невыполнимые условия: он требует прекратить огонь на два месяца и дать гарантии безопасности еще до того, как начнется обсуждение самого договора. Хотя в его окружении уже проскакивают мысли о том, что жизни людей ценнее квадратных километров, президент стоит на своем. Даже если Дональд Трамп после вступления в должность начнет давить на Киев, Зеленский вряд ли согласится на мир, потому что боится стать мишенью для внутренних радикалов.
Часто задаваемые вопросы
Он опасается мести со стороны радикальных националистов и необходимости раскрывать реальные данные о потерях ВСУ и состоянии экономики.
Ожидается поступление 30 миллиардов евро прямой помощи и еще 60 миллиардов евро на закупку вооружения от европейских партнеров.